ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ И ПРЕОДОЛЕНИЕ ОСЛОЖНЕНИЙ ЛСД ПСИХОТЕРАПИИ

Периодическая активация бессознательного материала, связанная с разными видами и степенями эмоционального и психосоматического дискомфорта это часть любого процесса раскрытия. Примеры этого иногда наблюдались даже в течение консервативного и традиционного психоаналитического лечения, а также часто встречаются в разных видах эмпирической психотерапии (нео-райхианская работа, первичная терапия, гештальт практика, группы общения), где не используются психоактивные препараты. Драматичное усиление эмоциональных или психосоматических симптомов и межличностной неприспособленности указывает на то, что пациент приблизился к областям важных бессознательных проблем. В ЛСД терапии, которая значительно углубляет и усиливает все психологические процессы, этот механизм заметнее, чем в более консервативных формах терапии, но ни в коем случае не присущ только ей.

Понимание базовой динамики возникающих в ЛСД терапии осложнений абсолютно необходимо для их предупреждения и лечения. Важная часть этой работы должна быть сделана во время подготовки к первому ЛСД сеансу. Терапевт должен доходчиво объяснить пациенту, что усиление симптомов, глубокое эмоциональное потрясение и даже психосоматические проявления в течение ЛСД терапии не означают неудачу лечения, но являются закономерными и важными частями этого процесса. На самом деле, такие феномены часто происходят как раз перед значительным терапевтическим прорывом. Перед приемом препарата также важно сообщить, что вероятность этих осложнений можно значительно уменьшить постоянной интернализацией ЛСД сеансов. Для безопасной и эффективной психоделической терапии критическое значение имеет полное, не выборочное проживание всего, что проявляется во время лекарственных сеансов, и поиск подходящих каналов для разрядки глубоких сдерживавшихся энергий. Также важно, чтобы пациенты понимали функцию и важность активной работы над неразрешенными вопросами в завершающий период. Объяснение обоснованных, базовых принципов и правил совместной работы повышает шансы хорошей интеграции сеансов и уменьшает вероятность продления эффектов или «флэшбэков».

Базовые принципы проведения ЛСД сеансов уже описывались и здесь будут только кратко обобщены. Пациент, убирающий с глаз повязку в попытке избежать столкновения с проявляющимся трудным эмоциональным материалом, вряд ли будет иметь мягкий и светлый завершающий период и должен быть готов к трудностям в интервале после сеанса. Похожим образом, нежелание хорошо поработать над неразрешенным материалом в завершающий период сеанса может затянуть процесс интеграции на несколько дней и потребовать временных затрат со стороны терапевта и пациента.

Даже если вышеизложенные требования исполняются, невозможно совершенно исключить последующее возникновение различных эмоциональных и психосоматических послеэффектов. Психоделические переживания являются мощным вмешательством в динамику бессознательного, и их интеграция требует времени. Даже за хорошо разрешенным сеансом могут следовать запоздалые подъемы дополнительного бессознательного материала, потому что переживание могло убрать важный блок и дать доступ к новому материалу, который раньше успешно подавлялся.

В этой связи мне вспомнилось красивое и подходящее сравнение, которое использовал для описания этого процесса один из моих чешских пациентов. При лесосплаве иногда встречается ситуация, в которой бревна формируют барьер, мешающий потоку. Подход к этой ситуации обычно не в систематическом удалении каждого бревна, а в поиске того, что называется «ключевым бревном», которое и удерживает стратегическую позицию. Опытные лесорубы подплывают к загромождению против течения, находят ключевое бревно и убирают его при помощи крюка. После этого вмешательства бревна начинают двигаться, и в результате свободное течение реки восстанавливается. Этот процесс может занять дни или недели, но он становится возможным благодаря удалению серьезного блока. Похожим образом, ЛСД сеансы могут убрать динамические блоки из бессознательного; это открывает путь для эмоционального освобождения, хотя это занимает длительный период времени.

Для пациентов, которые получили хорошие инструкции и руководство, эти реакции обычно не представляют серьезных проблем. Они научены обращаться с необычными состояниями сознания и воспринимают их, как окна в свое бессознательное и возможности для самоисследования, а не как угрозы своему рассудку. Так как эмоциональный материал обычно стремится проявиться в гипнагогических и гипнопомпических периодах, нетрудно потратить немного времени и подходить к таким эпизодам, как к «микро-сеансам». Короткий период гипервентиляции может помочь активировать исходную проблему и способствовать её разрешению через более полное переживание и разрядку энергии. Этот подход гораздо предпочтительнее обычных попыток подавить и контролировать проявляющийся материал, которые мешают настоящему решению проблемы и отнимают у пациента много энергии. Часто трудные эмоции и физические симптомы могут исчезнуть после получаса интроспективной работы.

Эта ситуация сложнее, если материал так близок к поверхности, и его эмоциональный заряд так силен, что имеет тенденцию непредсказуемо проявляться в обстоятельствах повседневной жизни. В этом случае пациенту нужно порекомендовать организовать такие ситуации, где можно будет испытывать и выражать всё, что проявляется. Если это невозможно, нужно назначить обычные терапевтические сеансы и провести с помощью ситтеров систематическую раскрывающую работу над неразрешенными вопросами. В этой работе используются те же техники, которые описаны для завершающего периода ЛСД сеансов. После короткого эпизода гипервентиляции, который, как правило, неспецифически активирует лежащую в основе ситуации эмоциональную структуру, ситтеры помогают пациенту, усиливая физические ощущения и состояния, которые он или она уже испытывает. В зависимости от природы проблемы, для мобилизации и проработки незавершенных матриц можно использовать комбинацию биоэнергетических упражнений или другие нео-райхианские подходы, гештальт-технику, психодраму, кататимное переживание образов и глубокий массаж. Во время работы может быть очень полезна стереофоническая музыка, особенно отрывки, игравшиеся на сеансе.

Если ЛСД терапия проводится в атмосфере терапевтического сообщества, может быть очень полезно привлечь к этой раскрывающей работе группу со-пациентов. Например, группа может очень убедительным образом разыгрывать переживания борьбы в родовом канале, атмосферу борьбы за жизнь или враждебную или хорошую матку. Иногда могут быть очень полезными побуждающие или успокаивающие звуки, производимые членами группы во время работы. Индивиды из этой группы также вызываются сами или назначаются пациентом или терапевтом для особых психодраматических ролей—замена матери, отца, брата или сестры, супруга, ребенка или работодателя. Этот подход эффективен не только для работы с неразрешенными гештальтами, но также оказывают мощный катализирующий эффект на участников. Нередко в этих обстоятельствах интенсивные переживания протагониста могут запустить ценные эмоциональные реакции у некоторых помощников. Материал и наблюдения из таких терапевтических событий может стать важным дополнением для последующих групповых сеансов. Опыт в роли помощника также имеет большое значение для самооценки членов группы и способствует ощущению собственной состоятельности. Коллективные усилия такого рода создают ощущение близости, интимности и единства, которое способствует социальной сплоченности и целительному потенциалу терапевтического сообщества.

В редких случаях неблагоприятные последействия очень сильны, пациенты потенциально опасны для окружающих и себя, и может потребоваться круглосуточно удерживать их в терапевтическом учреждении, пока реакция не утихнет. Медсестры и со-пациенты должны быть обучены принимать в этих ситуациях коллективную ответственность и постоянно помогать и наблюдать. Если немедикаментозная работа не приносит желательного результата, рекомендуется сократить свободный интервал и как можно скорее провести ещё один ЛСД сеанс, чтобы завершить незавершенный гештальт. Интервал меньше пяти-семи дней, как правило, уменьшает интенсивность и терапевтическую эффективность следующего сеанса из-за биологической толерантности, вызванной предыдущим приемом ЛСД.

В особо стойких случаях терапевт может решить использовать другие фармакологические вещества. Сильные или слабые транквилизаторы нужно исключить, потому что их действие противоречит базовой стратегии любого раскрывающего подхода, а особенно психоделической терапии. Подавляя процесс, затуманивая переживания и скрывая природу основной проблемы, они мешают её разрешению. В случаях, когда бессознательный материал близок к поверхности, но заблокирован барьером мощного психологического сопротивления, может быть полезно вдыхание Смеси Медуны (30% углекислого газа и 70% кислорода). Несколько ингаляций этой смеси могут вызвать краткую, но мощную активацию бессознательной матрицы и способствовать прорыву. Сеанс с Риталином (40-100 миллиграмм) иногда может помочь в интеграции материала предыдущего ЛСД сеанса. С успехом можно использовать психоделические препараты с определенным свойством привлекать позитивные динамические системы, а именно тетрагидроканнабинол (ТГК) или метилендиоксиамфетамин (МДА). Препарат, который подает большие надежды в этом случае, но который ещё недостаточно изучен, это кетамин (Кеталар). Это вещество, утвержденное для медицинских целей, использовавшееся хирургами для общей анестезии [3]. Эта анестезия не диссоциативного типа, она очень отличается от вызываемой конвенциальными анестетиками. Под влиянием кетамина сознание не уничтожается, а глубоко изменяется и кардинально перефокусируется. Вызывается состояние вне-тела, в котором пациент теряет контакт и интерес к объективной реальности и пускается в разные космические приключения—настолько, что можно проводить хирургические операции. Оптимальные дозировки для психоделических целей относительно малы, 50-150 миллиграмм, это где-то одна двенадцатая или одна шестая от стандартной анестетической дозы. Психоактивный эффект даже этого низкого диапазона настолько силен, что катапультирует пациента из тупиковой точки последнего ЛСД сеанса и позволяет ему или ей достигнуть лучшего уровня интеграции. Этот подход следует изучать с индивидами, развившими долговременные психотические состояния в результате бесконтрольного экспериментирования с ЛСД.

СНОСКИ

1. Так как глубочайший уровень БПМ II включает переживания, описываемые многими религиями, как пребывание в аду, в этом месте можно сделать несколько ссылок на духовные системы. Ад во многих культурах определяется, как место бесконечных невыносимых пыток; это переживание вечного страдания. Элемент безнадежности это необходимый эмпирический атрибут ада; переживание огромной физической и эмоциональной боли, когда есть надежда на освобождение, это не ад, а чистилище. Кажется, ортодоксальная христианская теология сделала ту же ошибку, что и некоторые ЛСД субъекты, и спутала психологическое время с объективным. В духовных системах, имеющих более глубокое понимание сознания, вроде Индуизма и Буддизма, человек не вечно пребывает в аду или небесах; когда человек испытывает адские или райские состояния, то субъективно кажется, что они будут длиться всегда. Вечность не следует путать с бесконечно длинным периодом исторического времени. Это состояние, в котором линейное время эмпирически трансцендируется и останавливается.

2. Нужно в нескольких словах объяснить этот кажущийся парадокс. Согласно наблюдениям из ЛСД психотерапии, большинство случаев импотенции и фригидности основаны не на недостатке либидинального влечения, а на избытке вулканических инстинктивных энергий, связанных с БПМ III. Мешает половому акту именно бессознательный страх выпустить эти силы и потребность их контролировать. Когда эти чрезмерные энергии разряжаются в несексуальном контексте, они достигают того уровня интенсивности, с которой индивид может легко справляться в сексуальной ситуации.

Это понимание сексуальных нарушений подкрепляется клиническим наблюдением, что импотенция и фригидность в течение успешного лечения в этом направлении сменяются временной гиперсексуальностью.

3. В последние годы среди хирургов есть тренд использовать кетамин только с детьми и пожилыми людьми вопреки его биологической безопасности и особым преимуществам в качестве анестетика. Причина этого в возникновении определенных психологических состояний во время пробуждения, которое назвали «феномен выхода». Это отражает базовое незнание природы действия кетамина. Так как необычные, подобные психоделическим, переживания являются самой сутью действия кетамина, каждое применение этого препарата должно предваряться особыми инструкциями, которые дадут понять, что используется очень необычный вид анестетика.


5247361930569472.html
5247428829066967.html
    PR.RU™